Альре Сноу
...седьмого идиотского полку рядовой.
Кроганяшки (=. Просто кроганяшки.

Название: Перекуем мечи на орала
Оригинал: madamebadger, "To Plowshares"; запрос на перевод отправлен
Размер: мини, 1481 слово в оригинале
Пейринг/Персонажи: Урднот Бакара / Урднот Рекс
Категория: гет
Жанр: повседневность
Рейтинг: G
Краткое содержание: В определенном смысле мир и изобилие куда сложнее для кроганов, чем война и борьба. Бакара и Рекс пытаются определить дальнейший курс для своего народа.


Давным-давно у кроганов были фермеры.
Должны были быть, рассуждая логически: Рекс знает это. Очень долго, до того, как саларианцы искусственно возвысили их цивилизацию, кроганы не могли импортировать еду с других планет. И хотя кроганы предпочитают мясо — когда могут его достать, — в таком случае примитивные кроганы скорее стали бы пожирать друг друга, а не питаться злобными, шипастыми и зачастую ядовитыми животными их родного мира; к тому же, не стоит забывать, что для поддержания своего жадного метаболизма кроганам требуется очень много еды. Нет, на каком-то этапе у них определенно должны были быть фермеры, пусть даже их было не очень много — но достаточно, чтобы обеспечивать народ пищей.
Другое дело, что теперь Бакара хочет снова превратить их в фермеров. Это просто невозможно — это совершенно безумное предложение.
Когда Рекс сообщает ей об этом, Бакара окидывает его взглядом — будто он только что сморозил глупость. (Не так уж много существ в галактике могут смотреть на него таким образом. Она — одна из них.)
— Это не предложение, Рекс, — говорит она. — Это всего лишь здравый смысл. Мы привыкли импортировать еду и платить за нее деньгами, которые получаем за работу наемников. Если мы ничего не выращиваем сами — это единственное, что мы можем делать.
Он смотрит на нее в ответ:
— Пока что это работало.
— Да. До того, как Жнецы опустошили галактику и уничтожили почти все колонии, которые продавали продукты по достаточно низким ценам. Сейчас еда стоит недешево, но у нас есть ресурсы, чтобы выращивать свою собственную. Почва Тучанки оставалась невозделанной так долго, что теперь она сможет поддерживать растения, если за ними правильно ухаживать. А каклиозавров когда-то выращивали на мясо, не только как ездовых животных — и это делали мы, а не саларианские ученые.
Она наклоняется вперед, уперев руки в бедра, и пригвождает его к месту одним из тех редких взглядов, которые способны усмирить вождя клана: взгляд шамана, прозрачно-алый блеск чистого граната, ярче крови, сосредоточенный и уверенный. (Вождя клана выбирают за то, что он готов каждый день встречаться со смертью ради своего клана. Шамана выбирают за то, что он — или она — уже прошел через смерть и вышел по другую сторону. Урднот Бакара из клана женщин — и вождь, и шаман, и Рекс не вполне уверен, что ему с этим делать.)
— Будет не так-то легко убедить воинов обменять танки на тракторы, — замечает он.
— Да запросто. — Бакара откидывается назад, кольца на ее капюшоне покачиваются от движения. — Запрети им размножаться, пока они не будут производить достаточно еды.
Он неловко ерзает на месте:
— Теперь, когда генофага больше нет, они не станут...
— Если они не поддержат это предложение — поддержат женщины. Рекс, мы видели слишком много детей, умирающих до рождения. И теперь мы не собираемся рожать их только для того, чтобы увидеть, как они умирают от голода в первый же год. А если у нас будет миллиард детей, тогда как мы можем прокормить разве что десятую их часть — случится именно это. — Она наклоняет голову, почетные кольца на капюшоне слегка позвякивают. — Мы — женщины, я имею в виду — всегда растили детей, так что мы знаем, сколько они едят. — Она поднимает голову, глядя мимо него, на солнце в дымном небе Тучанки. Свет окутывает ее фигуру, выразительную и внушительную, как и подобает истинному крогану, несмотря на ее долгую болезнь. В прорези капюшона он видит блеск ее глаз, видит, как свет играет на ее янтарной коже. — И кроме того. Кроганы всегда были бойцами, но не всегда покидали для этого родной мир. Позови их обратно — пусть сражаются за Тучанку.
Рекс знает, что это будет нелегко. Генофаг серьезно повлиял на образ мыслей кроганов: дерись с чем угодно, совокупляйся, пока есть возможность, не думай о будущем. Фермер должен выбирать свои битвы и всегда, всегда думать о завтрашнем дне. Современные кроганы презирают фермеров именно по этой причине. Но Бакара права: когда-то, в далеком прошлом, кроганы возделывали землю — на маленьких грядках и огромных полях. И когда-то были кроганские художники и алхимики, кроганские архитекторы, врачи, ткачи и кожевенники, кузнецы и пастухи каклиозавров — даже кроганские философы.
Когда-то у них было множество ролей. Когда-то они считали, что могут быть не только вышибалами и пушечным мясом для галактики, зарабатывая кредиты одной только войной и спуская эти кредиты на других планетах, растрачивая свое достоинство. Не то чтобы он не знал этого, конечно. Но когда ты умеешь драться настолько хорошо — об этом легко забыть.
Глаза Урднот Бакары — цвета алой зари, и они помнят.
— Ну хорошо, — ворчливо соглашается Рекс — и по тому, как Бакара устраивается на своем месте, он понимает: она знает, что выиграла. Но она не торжествует; ей этого не нужно.
(Ее слава не померкнет, пока жив кроганский народ. Спустя десять тысяч лет, возможно, ее будут почитать как богиню — ту, что вернула на Тучанку плодородие и изобилие, во многих смыслах. Ей не нужно торжествовать — так же, как это никогда больше не понадобится Шепарду.)
— Нам понадобятся специалисты, — говорит она. — Мы тысячи лет ничего не выращивали, поэтому нам понадобятся специалисты. Туриане, люди и асари слишком заняты, восстанавливая свои миры, так что...
— Мы не позволим, чтобы нас учили салариане, — предупреждает он.
— Я знаю, Рекс. Я думала о кварианах.
— Квариане! — он недоверчиво щурится. — Они же не...
— Они заболевают, если на них неосторожно посмотреть. Да. Большинство квариан не протянет на Тучанке и десяти минут без защиты. Но они выращивали всю свою пищу много столетий — и у них даже планеты не было — так что, думаю, они неплохо представляют, как выращивать еду в сложных условиях. Конечно, у них декстроаминокислоты, но технологии несложно приспособить. И они понесли куда меньше потерь, чем другие расы, и с их родным миром ничего не случилось, так что они не настолько заняты восстановлением, как остальные. — Она улыбается — едва различимо под капюшоном: — А одна из их адмиралов весьма ценит тебя, насколько я понимаю. Они помогут, если мы попросим как следует.
— Неплохая идея, — медленно произносит Рекс. — А насчет этого запрета на размножение, пока мы не начнем производить еду...
Ее губы изгибаются.
— Нежелание добавлять к военным потерям еще и смерти от голода, ты хочешь сказать?
— Называй это как угодно. Это касается... и нас тоже?
Она смеется — низким, сильным смехом; этот звук неким образом напоминает ему о Калросс.
— Я достоверно знаю, что немало женщин хотели бы заняться размножением с тобой, Урднот Рекс, что бы я ни решила.
Он смотрит на нее — она сидит на краю балкона, и за ее спиной разворачивается вся панорама разрушенного древнего города, усеянная там и тут последними свободно растущими растениями Тучанки. Когда-то были времена, когда кроганам не нужно было завозить еду с асарийских, человеческих, саларианских и батарианских колоний. Были времена, когда они ели пищу, выращенную на земле Тучанки; вымершие растения и растения, которые существуют теперь только на мирах-колониях, и те немногие растения, которые все еще цепляются за жизнь на обломках разрушенной экосистемы планеты — и животные, стада животных, которых только недавно возродили из окаменевших останков. Были времена, когда они полагались только на себя, делали свои собственные инструменты, выращивали свою собственную пищу, жили и процветали, не зная стыда, на планете, где ничто не давалось легко. Были времена, когда они были свободным народом, а не чужими инструментами, не чужими варренами на поводке. Были времена, когда они умели гордиться не только количеством убийств, совершенных в составе чужого наемничьего отряда, или количеством своих мертвецов, погибших в чужой войне, или количеством способных к размножению женщин, с которыми удалось переспать.
Когда-то были времена.
Он почти что забыл, что эти времена существовали. Он знает, что большинство молодых кроганов — а сейчас почти все кроганы моложе его — знают об истории своего народа до искусственного возвышения еще меньше. Но в глазах Бакары он видит этот мир — видит так ясно, как только возможно, отчетливо и непоколебимо, пусть даже ее тело еще слабо от того, что с ней сделали. Она — шаман, вождь клана и женщина, и, в отличие от него, она не покидала свой родной мир на столетия, но всегда оставалась здесь, и она видит.
И рядом с ней он тоже способен увидеть.
— Да, — медленно кивает Рекс. — Но можешь поверить, они не попадают в список моих приоритетов.
Она не отвечает, ограничившись низким, протяжным смешком, и вкладывает свою покрытую шрамами ладонь в его руку.


Тут вышло весело: как всегда, надвигался дедлайн, я ничего не успевал в двух командах сразу, и потому текст переводился пополам с товарищем Инго. За что еще раз спасибо (=. (Что в это время делал я - не помню, кажется, быстренько верстал выкладку второй команды).

Название: Сумасшедший кроганский дядюшка
Оригинал: madamebadger, "Crazy Headbutting Uncle"; запрос на перевод отправлен
Размер: мини, 2932 слово в оригинале
Пейринг/Персонажи: Урднот Рекс, Тали'Зора нар Райя
Категория: джен
Жанр: general
Рейтинг: G
Краткое содержание: Иногда мы находим семью в самых неожиданных местах.


По правде говоря, основной причиной, по которой Тали проводила столько времени в двигательном отсеке, было то, что компания в грузовом трюме действовала ей на нервы.
Во-первых, оружие. Тали неплохо обращалась со своим дробовиком и боевым дроном, но во Флотилии никто не ходил вооруженным — не постоянно, во всяком случае. Оружие доставали для стрельбы в тире и для боевых симуляторов, а потом запирали снова — ни у одного кварианина не было повода носить оружие на корабле Флота, если только не случилась какая-нибудь совсем ужасная катастрофа. Но здесь... здесь оружие было повсюду. Уильямс проводила большую часть своего времени, перебирая ту или иную пушку; Вакариан чистил и настраивал свою снайперскую винтовку всегда, когда не возился с «Мако»; и к тому же, там был кроган, который — впридачу к тому, что точил свой устрашающий охотничий нож и перебирал собственный дробовик — был оружием сам по себе. Не то чтобы Тали его боялась, она могла о себе позаботиться, но его присутствие немного нервировало — так же, как неестественная тишина и пустота на корабле.
Сегодня она изо всех старалась не обращать на все это внимания, отыскав тихий уголок и устраиваясь там, чтобы поменять капсулу с протеиновой пастой в своем костюме. Ну или она пыталась — пока рокочущий голос Рекса не остановил ее:
— Эй, кварианка.
— У меня имя есть! — недовольно ответила Тали, поднимая взгляд.
Рекс ухмыльнулся — губы медленно разъехались в сторону, демонстрируя впечатляющий набор зубов. Он наклонил голову в ее сторону:
— Ты знаешь, как этим пользоваться?
— Пользоваться чем? — она заметила, что Гаррус оторвался от своей работы с «Мако» и поглядывает на них, и напряглась — теперь ей только предстояло разбираться с Рексом, но у этого еще и зрители появились.
— Ножом, — сказал Рекс. — Тем, что пристегнут к твоему сапогу.
— А, — она опустила руку на рукоять упомянутого ножа. — Да.
— Понимаешь, просто, — продолжил он настолько неторопливо, что это звучало почти как оскорбление, — полным-полно придурков, которые носят с собой нож и думают, что выглядят круто, но стоит им впервые попасть в рукопашную... нож отбирают и используют против них же.
Теперь Уильямс тоже присоединилась к зрителям; Тали чувствовала это, даже не поворачиваясь.
— Я знаю, как им пользоваться, — повторила она; это было более-менее правдой. Ее учили рукопашному бою. Она знала, куда бить и куда бить не следует, и что самое важное — когда это делать.
Но почему-то ей казалось, что на Рекса ее умения не произведут впечатления.
— Ладно, — сказал кроган. — Давай, нападай на меня.
Она непонимающе уставилась на него.
Он снова ухмыльнулся:
— Я просто здесь сижу. Ну, чего ты ждешь?
— Я что, похожа на идиотку? — наконец спросила Тали.
Похоже, этого Рекс не ожидал. Он засмеялся.
— Нельзя не признать, что здравый смысл у тебя есть, кварианка. Ладно. Гаррус, иди сюда.
Голос турианца был сухим, как пустыня:
— И почему ты считаешь, что мне так хочется поиграть, Рекс?
— Судя по тому, что ты пялишься на нас, как ушибленный по голове пыжак, заняться тебе все равно больше нечем.
Гаррус многозначительно вздохнул, но все-таки отложил винтовку и поднялся на ноги.
— Если я ее раню, я в этом не виноват.
— Прекратите говорить обо так, будто меня здесь нет, — обиженно вставила Тали. Ее желание выпутаться из этого разговора как можно скорее неожиданно превратилось в желание показать этим бош'тетам, что почем.
Рекс внимательно посмотрел на нее непроницаемыми оранжевыми глазами.
— Ну хорошо, — только и сказал он, — покажи мне, как ты нападаешь с ножом на него.
— Я не собираюсь этого делать, — отрезала Тали.
— Да ну?
— Это просто глупо — нападать на кого-то с ножом с такого расстояния, а особенно на турианца. Он выше меня, и руки у него длиннее, и к тому же, он вооружен. Чтобы у меня хоть что-то вышло, мне нужно подойти вплотную и не попасть под выстрел. Ничего хорошего из этого не выйдет. — Она на секунду задумалась. — Если бы мне нужно было сейчас драться с Гаррусом, я бы отвлекла его световой гранатой и стреляла бы из дробовика.
Она услышала, как Уильямс хохотнула:
— Так их, Тали!
— Неплохо, — отметил Рекс ровным голосом. Это не было похвалой, но звучало уже не так презрительно, как раньше. — А когда бы ты взяла нож?
— Если бы он стоял ко мне спиной, — ответила она. — Или в неожиданном нападении, если бы он уже дрался с кем-то еще. Или если бы он сперва схватил меня — нож на сапоге многие не замечают, так что есть шанс на удачный удар. — Она подумала еще немного, потом добавила: — Я бы целилась в нижнюю часть тела, около талии. Там тоньше кожа и много жизненно важных органов. — Об этом упоминали в ее учебном курсе.
— Неплохо, — повторил Рекс. Гаррус закатил глаза и вернулся к своей винтовке.
Тали по-прежнему оставалась настороже.
— Рекс, зачем ты надо мной издеваешься? Я тебя чем-то обидела?
Он подмигнул ей:
— Я не «издеваюсь над тобой». Если бы я хотел поиздеваться, я бы просто позволил кому-нибудь сорвать этот нож и ткнуть тебя им.
Тали не нашлась с ответом.
Рекс поднялся во весь рост — все два с лишним метра.
— Покажи мне свой нож.
Тали замешкалась, но — ничего плохого в этом не было, ведь так? Нагнувшись, она вытащила нож из ножен и протянула его Рексу рукоятью вперед. Он поднял клинок, наклонил его так, что яркий свет ламп в трюме отразился от лезвия.
— Хм. Хорошая работа.
— Он принадлежал моей матери. А до того — ее матери.
Рекс задумчиво повертел нож.
— И хороший баланс. Держи, Тали, — он протянул нож обратно, пока она соображала, что он наконец-то обратился к ней по имени. — Давай я покажу тебе, как нужно им правильно пользоваться.

***

Рахни было слишком много и они были слишком быстрыми; от их тонких воплей у нее все волосы поднимались дыбом. Тали глубоко вдохнула холодный воздух Новерии, приказывая себе не паниковать. Удачный выстрел из дробовика свалил одного рабочего-рахни и затормозил другого, но за ними были третий и четвертый — Шепард была где-то еще, разбиралась с солдатами, доверив Тали навести порядок здесь, и она пыталась, но не была уверена, сколько еще сможет продержаться...
Черт, черт, черт!
Индикатор на оружии негромко пискнул; Тали хлопнула по кнопке выброса термопатрона и выругалась, когда он застрял — пришлось перекатиться назад и вытащить патрон помедленней. Но рахни подходили слишком близко. Ближний бой ее устраивал, в этой ситуации все было не так плохо — но существовала разница между «близко» и «слишком близко». А рахни были такие маленькие, и так противно перебирали ногами — ее просто передергивало от этого, — они походили на порождения первобытной тьмы, и их было слишком много, и они были повсюду вокруг нее...
Ударная волна синего света отбросила рабочих-рахни назад. А вслед за синим в них с громким ревом врезалось что-то красное. Пока Тали пыталась восстановить равновесие, Рекс успел провести еще одну атаку, втаптывая рахни в землю всей массой и силой взрослого крогана. Она слышала хруст панцирей и скрежет хитина по плиткам пола; визг умирающих рахни отдавался в ее костях неприятным эхом.
Рекс резко остановился, поводя головой из стороны в сторону в угасающих синих отблесках биотического поля. Его широко расставленные глаза оглядели лабораторию, удостоверяясь, что все противники мертвы (и в некоторых случаях буквально стерты в порошок). Затем он посмотрел на Тали, выравнивая дыхание. Она напряглась, готовясь выслушать нотацию, и поморщилась от мысли, что она это заслужила. Ей не следовало позволять окружить себя.
Но Рекс сказал только:
— Дай мне свой дробовик.
— Рекс... — начала было она, но он покачал головой и протянул руку, и, спустя секунду, она отдала ему оружие.
Рекс взял его, глянул на Тали — без всякого упрека — и снова перевел внимание на дробовик.
— Если упереть термопатрон в основание ладони, вот так, — сказал он, демонстрируя, как это делать, — можно вытащить его, потянув за вот этот рычаг — движение получается плавным, так что его не заклинит — а потом вставить новым тем же движением. Так выходит куда быстрее. — Он проделал описанную операцию один раз — медленно, затем вытащил свежий термопатрон и показал еще раз, уже быстрее. Вытащил патрон в третий раз, протянул ей дробовик и добавил: — А теперь ты попробуй.
Тали понадобилось несколько попыток, чтобы освоить жест и расположение оружия, но вскоре она поняла, в чем тут фокус. Это и правда было намного быстрее, чем пытаться в спешке вытащить термопатрон и затем заменить его.
— Спасибо, — сказала она.
Рекс пожал плечами:
— Походи в наемниках несколько сотен лет, еще и не такому научишься.
По дороге через холодные лаборатории к Шепард Тали собралась с духом, чтобы признаться:
— Я думала, ты меня отругаешь за то, что я позволила им подобраться так близко.
— Ха, — хмыкнул Рекс. — Такое бывает. — Он коснулся пальцами шрамов на броневой пластине надо лбом: — Спроси меня как-нибудь, где я заработал вот это.
— Ладно, — ответила она. — Как-нибудь спрошу.
— Только сперва с тебя выпивка.

***

Было странно видеть Рекса на троне, хотя если кто и заслужил трон — полагала Тали — то это точно он. Но все же она испытала облегчение, когда он оперся о каменный подлокотник и сказал — с теми же интонациями, как будто по-прежнему был всего лишь ветераном-наемником на «Нормандии»:
— Так, значит, ты отправляешься на молотильщика вместе с мелким?
— Я иду с Грантом, да, — ответила Тали и добавила, развеселившись: — Раньше ты звал «мелкой» меня.
— Да, было дело. — Рекс кивком указал на Гранта, который увлеченно болтал с парой кроганов из клана Урднот. — Но рядом с ним ты практически старушка.
— Даже не знаю, что мне больше нравится, — Тали сложила руки на груди и наклонила голову в сторону.
Рекс рассмеялся своим медленным смехом, откидываясь на спинку каменного трона.
— Поосторожнее там. Тучанка — это не лужайка для пикника.
— Я заметила. Очень милый у тебя родной мир.
— Зато у меня он есть, — отпарировал он. Тали коснулась шлема, признавая, что удар засчитан.
— Посоветуешь что-нибудь? — спросила она.
— Не дай себя сожрать.
— Спасибо, Рекс, — сухо поблагодарила она.
Рекс наклонился вперед, оперед подбородок на руку:
— Знаешь, во время своего ритуала я убил молотильщика.
— Это что, вызов?
— Ха! — Рекс рассмеялся, откидывась назад. — Может быть. Если хочешь, можешь его принять. Только Гранту не говори — я хочу, чтобы ему удалось пройти ритуал. Из политических соображений. — Он выговорил «политические соображения» так, словно эти слова оставляли неприятный привкус и их хотелось выплюнуть как можно быстрее, но все-таки он это сказал. — И я не хочу, чтобы он угробил свой глупый хвост в попытке превзойти меня.
— То есть ты не возражаешь, если я угроблю свой, гм, глупый хвост?
— Я знаю, что у тебя хватает здравого смысла — а это куда больше, чем я могу сказать о нем. — Рекс поднял взгляд к высокому каменному потолку. — В этом возрасте со здравым смыслом большие проблемы. Я еще помню. Хотя это было очень, очень давно.
— Спасибо, Рекс, — сказала Тали, немного помолчав.
Он ухмыльнулся знакомой зубастой улыбкой:
— Не благодари, пока не увидишь, с чем вы собрались драться.

***

Это была хорошая вечеринка. Действительно хорошая вечеринка, особенно учитывая, что она проходила в человеческих апартаментах — все ведь знают, что люди не умеют устраивать вечеринки, даже если от этого зависит их жизнь. Но Шепард, видимо, совершила чудо, потому что это была хорошая вечеринка. Действительно хорошая вечеринка. Очень, очень...
Тали рассеянно заметила, что в ванную комнату вошел Рекс. Она открыла рот, чтобы рассказать ему про свою омни-татуировку, но смогла сказать только:
— Там есть молотильщик.
Рекс наклонился к ней так, что она увидела его глаза совсем близко. Они были оранжевые, оранжевые и... круглые, и... оранжевые, как закат на Раннохе.
— Где? — спросил он.
Она нахмурилась:
— Где что?
Он вздохнул.
— Где есть молотильщик?
— О. Там. Ну там. У меня. — Слова казались каким-то скользкими, словно они уползали от нее — выскальзывали и... и скользили. — Ты знаешь.
— Нет.
— Ты знаешь.
— Ладно, Тали, хватит спать на полу ванной комнаты. — Он обнял ее одной рукой и поднял на ноги. Рекс был очень сильным. Тали чувствовала, что ее голова стала очень тяжелой — наверное, кто-то наполнил ее шлем чем-то... чем-то тяжелым — и она опустила голову на его плечо.
— Ты мой лучший кроган, — сказала она.
— Угу.
Стены и пол кружились, так что у нее не получалось определить, куда они идут, но это было неважно, ведь Рекс был таким милым. Она хотела сказать ему, какой он милый, но слова... с ними было так сложно справиться.
— Правда, самый лучший кроган. Грант, он... тоже милый, я его люблю, но ты самый лучший.
— Я так рад, что обошел в твоем рейтинге этого мелкого пыжака.
— Он не пыжак. Он кроган.
— Пять баллов за определение видов, — сказал Рекс, а потом она неожиданно оказалась на кровати в полутемной комнате. Рекс отошел назад — массивная тень, подсвеченная со спины лампами из коридора. — А теперь иди спать.
Тали подумала, что надо бы сказать ему, что совсем не нужно быть таким язвительным. Она подумала, что стоит попытаться донести до него, что он действительно ее лучший кроган, вообще навсегда. Она подумала, не спросить ли его, правда ли она его лучшая кварианка, как он сказал. Но прежде чем Тали решила, стоит ли его о чем-то спрашивать, она уснула.

***

Руины Лондона поражали. Хотя маска надежно защищала ее дыхание, Тали могла видеть, как пыль заполняет воздух, превращая солнце в огненный шар. Восстановить это все будет невероятно сложно, если они…
Нет, когда. Когда они уничтожат Жнецов. И они смогут все выстроить заново, это всегда можно сделать, если суметь продержаться достаточно долго, чтобы появился шанс.
Она знала это, и точно так же знал Рекс — оба они потеряли свой родной мир, так или иначе. Рекс, кстати, отстал от отряда молодых кроганов, когда они устремились куда-то, повинуясь его приказу, подошел к ней и пошел рядом, не говоря ни слова.
— Здравствуй, Рекс.
Он кивнул:
— Как сама, держишься?
Она слегка улыбнулась. Наверное, он всегда будет проверять, как у нее дела, так или иначе. Наверное, это было неплохо.
— Я в порядке. Твой отряд?
— Занимаются тем, что умеют лучше всего. Куда топаешь?
— Эшли и Гаррус сопровождают Шепард к маяку. Она попросила меня остаться позади и вместе с десантом гетов держать западные баррикады, — Тали вздохнула.— А ведь если бы кто-нибудь сказал мне пару лет назад, что я буду делать хоть что-то вместе с гетами, я бы назвала его идиотом…
— Удивительно, как все меняется, а?
— Ага, — она нервно провела пальцами по поясу. — Слушай, Рекс, я просто хотела сказать… если я не… ну, если мы больше не встретимся…
Он поднял руку:
— Не торопись. Я не знаю, какие уж у тебя планы, но я собираюсь выбраться отсюда живым. Мне еще детишек на Тучанке выпасать, знаешь ли.
Тали улыбнулась:
— Я просто хотела сказать… Спасибо.
Он бросил на нее косой взгляд:
— Ага. Тали, было… занятно наблюдать, как ты растешь.
— Взаимно, Рекс.
Он громко рассмеялся:
— Похоже, я напрашивался, ха? — его теплая рука на секунду коснулась ее плеча. — Давай, Тали. Покажи им, что значит связываться с кварианами.
— Будет сделано. — улыбнулась в ответ она

***

Детеныши кроганов были удивительно плотными для своего размера. Один из них сейчас сидел на коленях Тали, другой цеплялся ей за ноги, третий — карабкался на плечо. Она была рада, что ей не нужно куда-то идти, потому что не была уверена, сможет ли она подняться, если захочет.
Все же они были такими милыми: с блестящей кожей, огромными глазами и пухлые почти до шарообразности.
— Вижу, ты был занят, — сказала она, поглаживая шероховатые чешуйки на голове того детеныша, что сидел у нее на коленях. Тот, что лез на плечо, добрался до шеи, обхватил ее руками и несколько перекрыл ей воздух.
— Мордин, не надо душить нашу гостью, — сказал Рекс, аккуратно снимая ребенка. Тали глубоко вздохнула. Рекс ухмыльнулся:
— Мы наверстываем упущенное.
— Не будь идиотом, Рекс, — сказала за его спиной Бакара, подошла и взяла на руки того ребенка, который взбирался по ноге Тали. Рекс отмахнулся:
— А как ты, Тали? Детишек не намечается?
Она фыркнула:
— Не торопи меня.
— У вас теперь есть целая планета. Я уверен, что вы хотите ее заселить.
Малыш у нее на коленях — которого, как ей сказали, звали Шепардом — завертелся и недовольно булькнул. Тали почесала его между чешуек и легонько стукнулась своим щитком о его нос, пока детеныш не залился смехом и начал отбиваться от ее рук.
— У меня вполне достаточно времени, — негромко ответила она.
— Да, — согласился Рекс, баюкая на руках тезку Мордина. — Думаю, теперь у нас всех есть время.

@темы: фандомное побоище_, перевожу слова через дорогу_, embrace eternity_